Дело Коноваловых

Кирилл балдин
Кирилл Балдин, доктор ист. наук, профессор ИвГУ

Корни предпринимательской династии Коноваловых уходят глубоко в XIX столетие. Основателем её был крестьянин Пётр Кузьмич Коновалов из деревни Бонячки Кинешемского уезда Костромской губернии (сейчас — часть города Вичуга Ивановской области). Он принадлежал к числу тех оборотистых крепостных, которые скупали у своих односельчан сотканные ими ткани и затем с выгодой перепродавали их на ярмарках. Именно на торговле был сколочен стартовый капитал, который крепостной предприниматель через некоторое время вложил в промышленное производство.

Временем основания дела Коноваловых считается 1812 год, когда Пётр Кузьмич построил в Бонячках кустарную мастерскую и стал производить хлопчатобумажную ткань, называвшуюся китайкой. Нарядная и тонкая, она напоминала материю, привозимую в Россию из далёкого Китая. В конце 1812 года Пётр Кузьмич отправился в Москву, рассчитывая выгодно продать свою продукцию. Поездка оказалась очень удачной: в строившейся заново после нашествия французов Москве ткани шли нарасхват.

В 1827 году Пётр Коновалов наконец выкупился с семьёй из крепостной неволи. Плата за свободу составляла 2400 рублей — очень большие деньги для первой половины XIX века. После этого Пётр Кузьмич записался во вторую гильдию купечества в соседнем городе Кинешма.

Konovalovi

Комбинат полного цикла

После Петра Кузьмича хорошо налаженное прядильное и ткацкое производство попало в руки его сына Александра Петровича, который в 1868 году начал строить неподалёку от Бонячек новую отделочную фабрику в местечке Каменка. После её запуска предприятие Коноваловых фактически превратилось в комбинат, объединивший прядение, ткачество и отделку тканей. На производство поступал хлопок, а на выходе получались цветастые ситцы.

Предприятия в Бонячках и Каменке затем унаследовал сын Александра Петровича — Иван Александрович. Современники называли его «Пётр Великий» за внешнее сходство с императором-преобразователем. Но в отличие от знаменитого монарха он больше занимался не делом, а кутежами. Дома он бывал не часто, поэтому промышленное дело взяла в руки его энергичная жена Екатерина Ивановна. В это время обе фабрики были расширены и усовершенствованы.

В 1897 году семейное предприятие было преобразовано в акционерное общество под названием «Товарищество мануфактур Ивана Коновалова с Сыном». Реально им стал управлять отнюдь не фигурировавший в названии фирмы Иван Александрович, а его сын Александр Иванович. Большинство предпринимателей в третьем и четвёртом поколении были уже не малограмотными дельцами с узким кругозором, а людьми со светскими манерами, дипломами университетов и привычками, характерными для дворянского сословия. Александр Коновалов, например, получил домашнее музыкальное образование, которое иначе как блестящим не назовёшь. Овладеть фортепиано молодому Коновалову помогал великий русский композитор С. В. Рахманинов.

Фабрика товарищества мануфактур ивана коновалова с сыном

Техника против ручных ткачей

В пореформенное время шло непрерывное техническое перевооружение текстильных фабрик. До середины XIX века текстильное заведение Коноваловых представляло собой мануфактуру с применением исключительно ручного труда. В 1857 году А. П. Коновалов первым в Кинешемском уезде купил паровой двигатель. По современным меркам машина была слабосильной — всего 30 лошадей. Выписали её из Англии, назывался иноземный агрегат «Мозгрейв».

Но лиха беда начало, и за паровой машиной вскоре последовали другие технические новшества. В 1862 г. А. П. Коновалов выстроил новый ткацкий корпус, в котором были установлены 85 ткацких станков, уже не ручных, а механических. Большинство станков, завозимых из того же Туманного Альбиона, были изготовлены фирмой Platt. Машины для размотки пряжи были поставлены в Бонячки фирмой И. Стубса из Манчестера, шлихтовальные машины были изготовлены в немецком городе Мюльхаузен. Для крашения пряжи прямо на катушках применялся аппарат системы Ф. Тернема, использовали также галандры, после пропуска через которые ткань приобретала нарядный блестящий оттенок. Со своим собственным машиностроением дела в России пока обстояли неважно, лишь кубы (то есть ёмкости) для горячей окраски тканей были изготовлены на отечественных заводах.

Некоторое время на фабриках в Бонячках и Каменке всё ещё практиковался ручной труд. Основу и уток раздавали из специальной конторы на дом ручным ткачам, которые у себя в светёлках, разбросанных по окрестным деревням, ткали суровьё и сдавали в ту же контору. Такой способ производства назывался «рассеянной мануфактурой». У Коноваловых она прекратила своё существование уже в 1880‑е годы, технический прогресс властно диктовал новые фабричные реалии.

Хлопок и северный шёлк

На новой прядильной фабрике в 1890‑х годах были установлены паровые машины, которые не шли ни в какое сравнение с теми, что покупали Коноваловы четырьмя десятилетиями раньше. Мощность одной из них составляла 600 лошадиных сил, другой — 1000. В 1912 году прядильный потенциал фабрики составлял 77 тысяч веретён, ткацких станков насчитывались 2234. В начале ХХ века текстильная фирма Коноваловых была не только оборудованной по последнему слову техники, но была и одной из крупнейших по размеру в России: на фабрике в Бонячках трудились 5 тысяч человек, в Каменке — 1 тысяча.

По характеру выпускаемой продукции это было смешанное предприятие, оно производило как хлопчатобумажные, так и (в меньшей степени) льняные ткани. Хлопок привозили из США, из штата Техас и из Нового Орлеана, а также из Египта. Однако больше всего употреблялся хлопок отечественный: бухарский, самаркандский и хивинский. В 1860‑80‑х годах Средняя Азия с городами Самарканд, Бухара и Хива была присоединена к Российской империи. Также упомянут в отчётах фабрики эриванский хлопок, он поставлялся из Армении, в то время его столица называлась Эривань (ныне — Ереван).

Льняное волокно было местное. Так называемый северный шёлк в большом количестве выращивали крестьяне Костромской и соседней Владимирской губерний.

Помимо сырья, важную роль в производстве играли текстильные красители. Первоначально они были растительными или минеральными, среди них особое место занимали индиго и сандал. Но с 1870‑80‑х годов стали внедряться синтетические краски, которые были дешевле, но гораздо вреднее для рабочих, которые имели с ними дело. Кроме того, использовались квасцы и крахмал, а для отбеливания тканей — хлорная известь и сода.

Товариществр мануфактур ивана коновалова с сыном

«Высокая доброта» изделий

Первоначально большую часть продукции фабрики составляла упомянутая выше китайка. Со временем ассортимент продукции расширялся. Фабрика Коноваловых выпускала ткани, принадлежавшие к различным группам: плательные, одёжные, бельевые, подкладочные и др. Ткани «от Коноваловых» были как хлопчатобумажными, так и льняными: китайка, даба, миткаль, коленкор, нанка, канифас, полотно, рогожка, пестрядка, шахматка и др. Выпускались и смесовые ткани, например полуситец, в котором основа была хлопчатой, а уток — льняной.

Качество большинства тканей было не очень высоким, и вовсе не потому, что на фабриках в Бонячках и Каменке трудились недостаточно квалифицированные инженеры или неумёхи-рабочие. Ткани с фабрик текстильного края были рассчитаны на небогатого и невзыскательного покупателя, для которого главным было не высокое качество, а низкая цена. Коноваловы и другие фабриканты работали на совершенно определённый рынок — крестьян и рабочих. Главное преимущество этого рынка заключалось в том, что он был массовым и состоял из десятков миллионов потенциальных покупателей.

Но при желании специалисты на фабриках вполне могли выдать качественную продукцию, о чём свидетельствуют награды, полученные фирмой Коноваловых: малая золотая медаль «За полезное» на мануфактурной выставке 1865 года в Москве; большая серебряная медаль «За хорошее качество изделий» на Всероссийской мануфактурной выставке 1870 года в Петербурге; право ставить на своих изделиях государственный герб, полученное на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Москве в 1882 году. Чёрный двуглавый орёл на тех или иных изделиях заменял собой знак качества, само государство ручалось за «высокую доброту» этих изделий. В 1896 году была получена золотая медаль на Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде.

В том же году обороты фабрик Коноваловых достигали 5 млн рублей, столько же составлял основной капитал фирмы, в 1912 году он был увеличен до 7 млн рублей. Это было одно из самых крупных предприятий не только в Костромской губернии, но и в России. В начале ХХ века были построены новые производственные корпуса, в том числе в стиле неоклассицизма, который был популярен в то время.

От ярмарок — к складам

Сбыт готовой продукции производился в основном на ярмарках, которые являлись главными узлами всероссийского внутреннего рынка и через которые до потребителей доходила большая часть промышленной продукции. Ткани из Бонячек возили, разумеется, на главную ярмарку страны — в Нижний Новгород, а также в Ирбит (город в Свердловской области), который был перевалочным пунктом торговли с Сибирью и Китаем. Важными точками сбыта издавна служили ярмарки на Украине. Чтобы доставлять на них свой товар, Александр Петрович Коновалов в середине XIX века открыл постоянный склад продукции в Харькове. Товары возили на ярмарки либо гужом, то есть целыми обозами на лошадях, либо по Волге, Оке, Каме на тяжелогружённых баржах.

Очень многое в схемах российской торговли изменилось в связи с массовым строительством железных дорог в царствование Александра II. В числе новых рельсовых путей появилась дорога от Иваново-Вознесенска до Кинешмы. А. П. Коновалов лично способствовал проведению этой магистрали, которая прошла через Бонячки, здесь была построена станция под названием Вичуга. Теперь сырьё и товары можно было доставлять гораздо быстрее, чем на возах или по рекам.

Одновременно происходит постепенный упадок ярмарочной торговли. Она уступает место торговле сетевой. Начало ей положил ещё А. П. Коновалов устройством своего оптового склада в Харькове. В начале ХХ века при его внуке Александре Ивановиче коноваловские склады появляются в разных концах страны. В 1907 году такое заведение было открыто в Минске для западных районов страны, в 1908 году — для Средней Азии в Ташкенте и Коканде, в 1911 году — в Ростове-на-Дону для южных районов страны, в 1912‑м — во Владивостоке и Варшаве. От прежних лет остались также склады в Москве и Нижнем Новгороде. Эта разветвлённая сеть работала эффективно, в 1912 году фирма продала продукции на 12 млн рублей.

Министр на год

Молодой Александр Иванович Коновалов, крепко взяв в руки бразды правления фабриками, стал проводить целенаправленную социальную политику, то есть проявлял заботу о своих работниках. Он строил для рабочих и служащих школы, больницы, жильё. При этом не следует чрезмерно идеализировать побудительные мотивы фабриканта, его социальная политика не являлась благотворительностью в чистом виде. Коновалов рассуждал так: грамотный и здоровый рабочий, не испытывающий жилищных проблем, будет работать лучше, чем больной, неграмотный и уставший. Среди других промышленников текстильного края А. И. Коновалов особенно выделялся масштабами и разнообразием своей социальной деятельности.
В Бонячках была построена больница, родильный приют, народный дом (клуб) для рабочих и некоторые другие социально-культурные учреждения.


А. И. Коновалов в своей деятельности не ограничивался чисто деловой сферой, он серьёзно увлёкся политикой, был избран в 1912 году депутатом IV Государственной думы, стал одним из руководителей партии прогрессистов. В 1917 году он вошёл во Временное правительство, руководил министерством торговли и промышленности. В ходе событий октября 1917 года А. И. Коновалов вместе с другими министрами был арестован и заключён в Петропавловскую крепость. Правда, он просидел в одиночке недолго и в январе 1918 года был освобождён. Вскоре покинул родину, долгое время жил во Франции и США. Умер в 1949 году в Париже.

Konovalov plant

Вместо эпилога

Фабрики Коноваловых были национализированы в начале 1918 года. В период советской власти они считались одними из самых передовых в отрасли. Здесь в 1935 году возникло движение ткачих-многостаночниц, его основоположниками стали Евдокия и Мария Виноградовы, имена которых в то время знала вся страна.

Больница в вичуге в наши дни

В 1990‑х годах в текстильной отрасли нарастали кризисные явления, которые не обошли и фабрику им. Ногина (так стала называться фабрика в Бонячках после революции). Сейчас в здании с колоннами располагается АО «Вичугская мануфактура», выпускающая технический текстиль. Многие социальные постройки семьи Коноваловых отреставрированы и являются украшением города.

Вас также может заинтересовать:
Tpprf katyrin
Наши задачи совпадают

Выход нового издания — редкое событие в наше время. Стремление создать информационную площадку для общения профессионалов отрасли представляется чрезвычайно важным и актуальным. Предприниматели текстильной Read more

Shpilkin legprom review journal intertkan 2021
Точки роста отечественного легпрома в «Легпром ревю»

Михаил Шпилькин, руководитель проекта журнала «Легпром Ревю» mikhail@shpilkin.ru Уважаемые коллеги, вы держите в руках первый номер журнала «Легпром ревю», который, как мы Read more

Rspp shohin
Стать рупором отрасли

От имени Российского союза промышленников и предпринимателей приветствую издание нового отраслевого издания «Легпром ревю». Несмотря на сложную экономическую ситуацию, предприятия текстильной и лёгкой промышленности Read more

Выставка milano unica крупнейший европейский форум текстильной промышленности
О времени, о легпроме, о себе

Светлана Костенко, гл. редактор журнала «Легпром Ревю», директор Центра развития компетенций в области fashion-индустрии и fashion-ретейла РЭУ им. Г. В. Плеханова Я родилась Read more

Natale 24
Страсти по текстилю

Дизайн текстиля всегда был и остаётся отправной точкой, стимулирующей развитие индустрии моды в целом. Никто не копирует текстильные тренды в точности, используя их скорее для вдохновения Read more

Фрагмент снимка фотографа александры громовой
Скромное обаяние текстильного края

Александра Громова, Казань, Instagram @sascha_grom Я занимаюсь документальной фотографией два года, а до этого несколько лет снимала на камеру мобильного телефона свой родной город Read more

Red furs
Эмоции меху не помеха?

Юлия Тютрина, эксперт мехового рынка Как отразится сокращение европейского мехового рынка сырья на российской меховой отрасли? И отразится ли вообще? Read more

Vitrina
Перспективы восстановления российского fashion-рынка

Анна Лебсак-Клейманс, соучредитель Fashion Consulting Group, профессор НИУ ВШЭ Коронакризис жёстко встряхнул все сегменты рынка, но больше всех, кажется, досталось Read more

Ivgpu
«ЛЕГПРОМНАУКА» ждёт молодых учёных

Михаил Трещалин, д-р техн. наук, профессор Михаил Трещалин, д-р техн. наук, профессор Реально ли сегодня выявить прорывные технологические идеи и Read more

Italia textile
Итальянский сценарий: кризис задолго до…

Принято считать, что Италия — страна с одной из сильнейших лёгких промышленностей в мире. Так оно и было, но последние десятилетия легпром родины Gucci и Pucci пребывал Read more