Гарелины: ситцевики из русского Манчестера

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера

Кирилл Балдин, доктор ист. наук, профессор ИвГУ

Родоначальник династии Гарелиных был крепостным крестьянином. Его наследники, расчётливые и осторожные, приумножили капитал и выкупили себя из «крещеной собственности». Со временем их дело выросло в миллионную империю и вошло в число крупнейших текстильных производств Иваново-Вознесенска.

Из крестьян — в купеческую гильдию

Основателем рода был упомянутый в исторических источниках в 1719 году житель села Иваново крепостной крестьянин Матвей Гарелин. Он имел двух сыновей — Ивана и Василия, начало фабрикантской династии положил первый из них. Он стал одним из тех «капитáлистых» (от слова «капитал») крестьян, которые в середине XVIII века основали в Иванове текстильные мануфактуры. Мануфактура Ивана Гарелина появилась в 1751 году, а через три десятилетия на ней работали уже две сотни ручных ткацких «станов».

В 1801 году родовая мануфактура перешла в руки его сына Мефодия, она постоянно увеличивала производство. В 1817 году здесь числился 1021 ткацкий стан, работало 1407 человек, стоимость годовой выработки перевалила за миллион рублей. Когда подрос старший сын Мефодия по имени Пётр, отец подключил его к управлению предприятием, а сам значительную часть года находился в разъездах по торговым делам, которые становились всё более многосложными. В начале XIX века на фабрике Гарелина стали вырабатываться уже не льняные, как раньше, а хлопчатобумажные ткани.

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера

После смерти Мефодия Ивановича Гарелина в 1825 году фабрика перешла к его сыновьям — старшему Петру и младшему Никону. Капиталы их исчислялись уже сотнями тысяч рублей, но они оставались (по выражению А. И. Герцена) «крещеной собственностью» своего помещика, что их, безусловно, тяготило. В 1828 году они наконец получили вольную от графа Шереметева. Братья Гарелины должны были заплатить за себя и свои семьи 25 тысяч рублей. После освобождения они недолго оставались в прежнем крестьянском сословии, и в 1829 году вступили во вторую купеческую гильдию.

Паровики и манеры

В 1820‑1830‑х годах на предприятиях села Иванова начали внедряться различного рода механизмы, которые резко подняли производительность труда. Мануфактура постепенно превращалась в фабрику. В 1832 году здесь был установлен паровик мощностью 12 лошадиных сил, выписанный из‑за границы. В 1839 году на мануфактуре появилась первая машина, печатавшая ситцы механическим способом. Коммерческие дела фирмы быстро шли в гору.

В 1843 году произошёл раздел предприятия. Пётр и Никон стали самостоятельными хозяевами, каждому досталась соответствующая доля их общего дела. У Петра был только один сын — Яков, оказавшийся последним в этой ветви рода. Его яркая и насыщенная событиями жизнь и деятельность заслуживает совершенно особого внимания, поэтому мы остановимся здесь только на младшей ветви Гарелиных — Никоне и его потомках.

После раздела Никону Мефодьевичу досталась только ткацкое производство, которое было его долей в отцовском наследстве. Расширяя дело, Никон быстро завёл отделку ситцев, а в 1848 году у него открылось ещё и бумагопрядильное производство. В конце 1840‑х годов на фабрике действовал паровик мощностью в 18 лошадиных сил, разноцветные ткани печатались на четырёхколерной машине.

Семья Никона Мефодьевича Гарелина была многочисленной, у него родилось семеро сыновей. В 1854 году он выделил часть родового капитала старшему сыну Ивану, для того чтобы тот завёл собственное дело. В 1855 году Иван выстроил в Вознесенском посаде на берегу Уводи фабрику; сначала это предприятие было небольшим и занималось только отделкой ткани, часть суровья расцвечивалась, превращаясь в ситцы с помощью машин, а другую часть в 1850‑1860‑х годах набивали вручную дедовским способом с помощью деревянных досок, которые назывались манерами. Потом манеры ушли в прошлое, и все ситцы стали набиваться механическим способом.

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера
Фабрика Никона Гарелина на берегу р. Уводи

Аршины — в куски, куски — в кипы

В 1873 году на фабрике Ивана Гарелина появилось своё ткацкое производство. Теперь не надо было покупать на стороне суровые ткани, объём готовой продукции заметно вырос. До постройки ткацкой фабрики здесь ежегодно набивали 30‑40 тысяч кусков ситца, а после — уже 150 тысяч кусков («кусок» — рулон ткани длиной 60‑70 аршин).

Ярмарочная коммерция, которая была главной в сбыте ивановских ситцев в первой половине XIX века, начала постепенно сдавать свои позиции. Главным центром торговли ивановскими ситцами становилась Москва. Железных дорог в России пока не было, и ткани с ивановских предприятий везли гужом. Для отправки в Москву 30‑40 кусков ситца связывали в «кипу», обёртывая её в рогожи. Вес кипы составлял от четырёх до шести пудов. За доставку отвечали специальные подрядчики, которые годами работали на Гарелиных.

Обоз с тканями в Москву тянулся из Иванова пять-шесть дней, в плохую погоду — целую неделю. Несколько раз останавливались на пути, чтобы отдохнуть и накормить лошадей. Обозы шли в Москву по старинной дороге — Стромынке, которая проходила через подмосковное село Стромынь. В Москве в Сокольниках до сих пор есть улица Стромынка, с неё и начиналась старинная дорога.

В одном из номеров «Владимирских губернских ведомостей» за 1853 год перечислены виды тканей, которые предприятие Ивана Гарелина отправляло в Москву. С одной стороны, это были довольно дешёвые «машинные» ситцы, то есть отделанные механическим способом в два, три, четыре цвета. Они стоили от 6 до 11 копеек за аршин. Более дорогими были кашемировые платки по 10‑15 копеек за штуку. Самыми дорогостоящими были пунцовые ситцы, окрашенные «адрианопольским способом» — от 23 до 27 копеек за аршин. Краски на этих тканях были стойкими и долго не выцветали.

Ивановские ситцы — в Америке

В 1884 году умер Иван Гарелин, хозяином предприятия стал его сын Александр. Его фабрика на рубеже XIX и XX веков по‑прежнему отправляла в Москву большие партии тканей два-три раза в месяц примерно по три тысячи кусков в каждой. Например, в товарных книгах фирмы 17 апреля 1890 года было записано, что в московскую лавку было отправлено 2 560 «штук» товара. Фактически это была не лавка, а серьёзное представительство иваново-вознесенской фабрики в Москве. Располагалось оно в Китай-городе, в Носовском подворье. Годовой оборот Товарищества Ивана Гарелина достигал в начале ХХ века 15 млн рублей, на фабрике трудились 4,5 тысяч рабочих.

Наряду с дешёвыми ситцами, предназначенными для простолюдинов, фирма Ивана Гарелина выпускала высококачественную, можно даже сказать, штучную продукцию, которая была отмечена в России рядом престижных наград. Успехи ждали Товарищество И. Гарелина и на международном уровне. В 1876 году на Всемирной выставке в Филадельфии (США) продукция фирмы получила почётный отзыв. Фабрика участвовала в широко разрекламированной по всему мире Колумбовой выставке, приуроченной к 400‑летию открытия Америки Христофором Колумбом, она проводилась в Чикаго в 1893 году. Здесь иваново-вознесенская фирма получила бронзовую медаль.

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера
Выставка в Чикаго

Гарелины были не только промышленниками, но и щедрыми благотворителями, меценатами. Александр Иванович и его жена построили на свои средства родильный приют, ясли для детей, больницу. На их деньги в Иваново-Вознесенске была возведена Спасская церковь. Храм интересен тем, что его проектировал выдающийся российский архитектор Ф. О. Шехтель.

С 1927 года «Товарищество мануфактур Ивана Гарелина с сыновьями» получило название «Ивановская ткацко-отделочная фабрика имени рабочего Ф. Зиновьева», а с 1992 стало называться АО «Зиновьевская мануфактура». Сейчас на улице Громобоя в городе Иваново работает отделочное производство АО «ЗиМА».

Крутой нрав Мефодушки-сироты

Наряду с фирмой Ивана Гарелина в Иваново-Вознесенске существовало и другое предприятие, которое принадлежало младшим Никоновичам — Сергею, Фёдору и Мефодию. Старая отцовская фабрика при них постепенно оснащалась всё новым высокопроизводительным оборудованием. В 1860 году в отделочном производстве работал двигатель, который приводил в движение шесть машин, печатавших в разные цвета ситцы. Кроме того, на фабрике имелись 13 мытильных колёс, 7 сушильных барабанов, а также крахмальная, отжимальная и другие машины. Ручной труд на предприятии применялся всё меньше, хотя полностью избавиться от него, конечно, было невозможно. Братья Фёдор и Сергей умерли довольно рано, один вслед за другим, в 1884 году. После этого единоличным хозяином «Торгового дома Н. Гарелина и Сыновей» стал Мефодий Никонович Гарелин, крепко державший в своих руках управление фабрикой вплоть до своей смерти в 1909 году.

Отличительной чертой М. Н. Гарелина была крайняя расчётливость, в его фирме знали цену каждой копейке. Зарплата на предприятии была ниже, а штрафовали рабочих здесь чаще, чем на других предприятиях. В этой связи характерна такая легенда о М. Н. Гарелине, долго бытовавшая в старом Иванове. Однажды на заседании городской думы «отцы города» стали просить Гарелина пожертвовать участок земли для устройства городского водопровода, так как здесь были богатые водой родники. После бесплодных препирательств Мефодий Гарелин скинул сюртук, зачем‑то бросил его на пол и со слезой в голосе прокричал: «Нате, грабьте сироту!» Вероятно, он имел в виду то, что остался сиротой после смерти двух своих братьев. С тех пор в городе он именовался не иначе как Мефодушка-сирота.

Несколько десятилетий руководил Мефодий Гарелин своим предприятием и ни разу не ошибался в производственной и коммерческой стратегии. Много разных прожжённых аферистов обхаживали его, но все уходили прочь не солоно хлебавши. В 70 лет он мог целый день ходить по цехам, хотя с палкой, но быстро как молодой. Иностранные сигары не признавал, курил дешёвый табак, сам крутил «козьи ножки». Он был не только очень работоспособен, но и знал производство не понаслышке. В области колористики мог утереть нос молодым химикам с высшим образованием. Увидев, что ткач не может справиться со станком, Мефодий мог сам наладить его, а потом вставал за станок и показывал, как надо работать.

Прядение, ткачество и отделка под одной крышей

Накануне Первой мировой войны на фабрике насчитывалось 857 ткацких станков, более 42 тысяч прядильных веретён. Общая мощность двигателей, установленных на предприятии, достигала полутора тысяч лошадиных сил. Эти и другие механизмы обслуживало 2 330 рабочих. В статистических сведениях, поданных фабрикой, говорилось, что она вырабатывает «тяжёлые и средние ткани». Ткани назывались тяжёлыми, если нити в них были толстыми и располагались плотно друг к другу. Фабрика включала в себя все стадии текстильного производства: прядение, ткачество и отделку. Таким образом, она являлась комбинатом, где под одной крышей были сосредоточены все три компонента производства. Годовой выпуск тканей на предприятии накануне Первой мировой войны оценивался приблизительно в 6 млн рублей.

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера
Ситец фабрики Гарелина

Мефодий Гарелин проявил себя не только на производственном, но и на общественном поприще. Его деятельность трудно оценить однозначно. С одной стороны, на фабрике у Мефодки-сироты существовала достаточно жёсткая система эксплуатации, низкой была зарплата, оставляли желать лучшего условия труда. С другой стороны, при участии М. Н. Гарелина в городе были открыты реальное училище, женская гимназия, школа колористов, механико-техническое училище.

После смерти М. Н. Гарелина в 1909 году наследники, вскрывшие его завещание, оказались в замешательстве. Мефодий Никонович мало что оставил своей вдове, буквально крохи достались причту Покровского собора, в котором он был ревностным прихожанином. Своих детей у него не было, зато племянников было немало. Состояние, которое в целом оценивалось, как писали газеты, примерно в 10 млн рублей, досталось только двум из них — Николаю Фёдоровичу Гарелину и Петру Николаевичу Зубкову.

Сразу после того как имущество перешло к племянникам, они с энтузиазмом взялись за реконструкцию и расширение предприятия. В 1911 году начал строиться многоэтажный корпус с использованием новых технологий — железобетона. Однако наследники были далеко не такими осторожными, как Мефодий Гарелин, залезли в долги, связались с ненадёжными коммерческими партнёрами. В результате в 1912 году фирма попала в сложное положение. В начале 1913 года кредиторы на своём собрании установили опеку над фабрикой, образовали на её базе паевое товарищество. Так иваново-вознесенское предприятие оказалось под контролем московских финансистов и промышленников.

Вместо эпилога

После революции бывшая фабрика Мефодия Гарелина была национализирована, объединена с соседним крупным предприятием — Покровской текстильной мануфактурой и стала называться «Нижне-Уводская фабрика». Долгие годы рабочие в быту продолжали именовать ее «Мефодкиной фабрикой». Позже, в 1963 году, она получил название «Комбинат имени Ф. Н. Самойлова» в память об одном из иваново-вознесенских революционеров. Сейчас фирма называется «Самойловский текстиль» и входит в корпорацию «Нордтекс».

Гарелины: ситцевики из русского Манчестера
Ситцы фабрики им. Зиновьева, 1920-1930-е